Воспоминания о прошлом
Сейчас, по прошествии многих лет, это время вспоминается немного с трудом, со своеобразным «туманом», заглушающим яркие оттенки воспоминаний, и с ностальгией, делающей немного сказочным и фантастичным то, что было на самом деле.
Эти грациозные трамваи со стальными сверкающими боками — гладкими и гофрированными, трамваи-ветераны, напоминают о давно ушедших временах. Трудных, но по-своему прекрасных. В те времена эти трамваи не щеголяли яркой краской на солнце, слой краски, нанесённый на их борта, напоминал скорее бронь, защищающую вагон от внешних воздействий. Изредка встречавшиеся царапины и сколы краски только усиливали это впечатление. Да и сами «железные кони», как тогда казалось, выглядели грозно и величественно.
Людей, желавших попасть домой, на работу или к друзьям на трамвае, всегда было много, а трамваев было обычно меньше, чем необходимо для комфортного размещения пассажиров. Поэтому в салоне люди находились в тесноте, что было не так уж и плохо морозной зимой и совершенно невыносимо жарким летом. Но благодаря довольно большой (на то время) скорости сообщения до нужной остановки удавалось добраться сравнительно быстро и выйти из трамвая не слишком помятым.
Если же пассажиру всё же удавалось сесть на свободное место, то не всегда это место было удобным. Мягкие сидения усть-катавских вагонов и удобные пластмассовые сидения «чехов» уходили в прошлое, их приходилось заменять сидениями из фанеры, состоящими из двух покрашенных закруглённых досок, не отличающихся ни удобством, ни тем более мягкостью.
Пожилые работники депо вспоминают о тех временах с негодованием, молодые не могут понять, как такое было возможно. После ухудшения экономической ситуации в стране её руководство пошло на беспрецедентный шаг — создание льгот для социально незащищённых слоёв населения во многих сферах обслуживания, в том числе и на транспорте. При этом убытки, которые были неизбежны при льготном обслуживании, государство обязалось возмещать. Что практически не происходило на деле и транспортникам приходилось выступать чуть ли не в роли благотворительной организации. Это и было причиной упадка транспортной системы того времени, основными чертами которого были изношенный подвижной состав, недовольство пассажиров, низкие зарплаты у водителей, кондукторов, слесарей…
Со временем всё изменилось. Количество льгот начало уменьшаться, жизнь людей — улучшаться. На улицах города появились сверкающие свежей заводской покраской вагоны, строились стальные магистрали в новые районы города, на месте которых ещё совсем недавно были бескрайние степные поля с небольшими участками леса. Город рос и становился всё более красивым.
Часто гуляя по Ставропольской и краем глаза замечая пролетающие по центру улицы зелёные «молнии», я думаю о грациозных «Татрах» и строгих усть-катавцах, которые когда-то ходили по практически тем же маршрутам, о людях, которым довелось быть пассажирами этих сказочных трамваев. И снова я вспоминаю отрывок из «Этюдов о Екатеринодаре» Виталия Бардадыма:
«…Войдёшь в цельнометаллический вагон, встанешь у окна и, пока едешь на работу или в гости, передумаешь все свои думы, наглядишься по сторонам на хорошеющий город — на поднимающиеся, как грибы, многоэтажки, на деревья, которые за годы жизни моей разрослись, ушли кронами в небо, послушаешь, о чём говорят люди, что их тревожит или радует…»
После такой прогулки хочется снова пойти в Музей, подняться в салон «Татры» и сесть на второе или третье сидение справа, вспоминая, как много поездок было совершено мною в детстве, юношестве, да и в более поздние годы в этом удобном и красивом трамвае.